Аукцион
истории
«Мне просто хотелось быть женщиной всегда». Репортаж с девичника трансгендеров в Киеве
Текст
Фото
30 — ноября — 19:47

Саша Горчинская и Юля Вебер побывали на трансгендерном девичнике в Киеве и поговорили с его участницами. 

Пятничный вечер, Киев. Рабочая неделя уже закончилась, а значит, можно без зазрения совести отдыхать и встречаться с шумными компаниями, зная, что утром будет время отоспаться. Я тоже иду на тусовку — сегодня меня пригласили на транс-девичник. У метро встречаюсь с фотографом, и, пока идем к нужному дому, обсуждаем, что нас ждет на месте. Я честно признаюсь, что не знаю, какой формат у этого мероприятия.

Мы поднимаемся на четвертый этаж обычной хрущевки на Печерске. Звоним в дверь. Нам открывает высокая и худая дама с длинным каре. Её зовут Натали.

— Привет! Заходите, пожалуйста, — говорит она.

Девушка одета в узкие джинсы, ботильоны на каблуке, свитер с блестящими украшениями на груди, у нее аккуратный ненавязчивый маникюр, накрашены глаза и губы. Натали — трансгендерная женщина. Родилась мальчиком, взрослея, стала «ощущать противоречия в себе», говорит она. И в определенный момент решила, что больше не стоит бороться с собой. С тех пор она выглядит так — в соответствии со своим внутренним «я».

Натали (вторая справа) в определенный момент решила, что больше не стоит бороться с собой 

Мы снимаем обувь и проходим в квартиру. В просторном зале у окна сидят еще несколько человек — другие гости этого вечера. Они застольничают, закусывая бутербродами, и беседуют.

Никакой музыки, никаких боа, блестящих платьев и всего такого. Перед нами — обычные люди. Кто-то приехал из другого города, кто-то только пришел с работы. 

— Я вообще вчера из командировки приехала, бросила здесь чемодан, — говорит коротко стриженая женщина в белой блузке, джинсах и пиджаке. Ее зовут Анастасия. Она говорит про «вчера», потому что как раз за день до нашего визита и стартовал транс-девичник — все гости начали съезжаться сюда, в квартиру, которую сняли специально для этого.

«Я вообще вчера из командировки приехала». Анастасия 

— Неудачную выбрали квартиру, хотелось бы что-то более просторное и в центре, как раньше, — замечает Анастасия.

Раньше — это в предыдущие годы. Т*-девичник проходит в Киеве с 2010-го, в регионах такие встречи проводились с 2005-го. Обычно слово «девичник» подразумевает женские посиделки накануне свадьбы. Девичник — вечер, когда невеста в последний раз собирается с подругами в незамужнем статусе.

Здесь же девичник — это почти то же самое, только без невест и грядущей свадьбы. Дружеские посиделки, куда съезжаются трансгендеры из разных уголков Украины. Они знакомятся и общаются, помогают новичкам раскрепоститься и влиться в тусовку, ездят в ночные клубы.

На дружеские посиделки в Киев съезжаются трансгендеры из разных уголков Украины

Натали нервничает от ожидаемого большого количества гостей, часто бегает курить на балкон. В перерывах позирует фотографу — подкрашивает губы перед зеркалом, улыбается, снимается в обнимку с другими гостями.

Две других гостьи — черноволосые дамы в похожей одежде, сначала отказываются фотографироваться, потом, подумав, соглашаются. Обе — черноволосые, в коротких клетчатых юбках, ботильонах на каблуках, черных корсетах, с похожим макияжем.

Когда собираются выйти на перекур, надевают короткие пуховые курточки — с одинаковым рисунком, но разных цветов. Называют себя однополой парой, только одна из партнерш — транс-женщина.

Гостьи называют себя однополой парой, в которой одна из партнерш — транс-женщина

— Меня вот недавно спросили, кто я, мужчина или женщина, — говорит Натали, — Я ответила, что сначала родилась девочкой, потом решила немного побыть мужчиной. В какой-то момент надоело, и стала опять девочкой. И добавила, что это, конечно же, шутка, что я просто человек, и какая разница, какого я пола?

Мы с Натали перемещаемся на диван, чтобы пообщаться. Она показывает фото на смартфоне. На тех, где выглядит, как мужчина, узнаю ее с трудом. В галерее — миллион фотографий: в париках и без, «при параде» в вечерних платьях и на каблуках, и в джинсах.

— Конечно, я себе больше нравлюсь без макияжа, мне кажется, что когда естественный вид, то красивее, — признается Натали. Осознание своей идентичности пришло к ней в детстве. Еще с трех лет хотелось носить девчачьи платья — закатывала маме истерику, не понимая, почему троюродная сестра может носить бант, а ей нельзя.

Т*-девичник проходит в Киеве с 2010 года

Говорит, что с началом полового созревания ощущала внутренний дискомфорт, но признаться кому-то было страшно. Поэтому приходилось делать все тайком: переодеваться перед зеркалом, пока никого нет дома. Когда появился интернет, стало понятно, что к чему. И то — не сразу:

— Вводила запросы в поисковик вроде «мужчина надевает женскую одежду» и сразу выбивало результаты о травести-актерах или кроссдрессерах. Но это не совсем про меня: я не испытывала например сексуального возбуждения от того, что надеваю женские вещи. Мне не хотелось выступать на сцене в красивых нарядах. Не хотелось входить в образ просто на какое-то время. Мне просто хотелось быть женщиной всегда, носить вещи, в которых мне удобно и комфортно.

Участница девичника Шанти — транс-дива, звезда киевских гей-клубов

Пока мы листаем фото, из комнаты выходит Саша. Одет как парень. О чем-то общается с фотографом и я слышу, что речь — о депиляции.

— Да, я смотрела на фото и думала, что волосатые ноги в чулках на фотографиях или яркие концертные костюмы и яркий макияж травести-див — не совсем то, чего мне нужно, — говорит Натали.

Вспоминает, как ей было страшно впервые выйти в люди в женском образе. До сих пор помнит всплеск адреналина, который испытала в первый раз:

— И то, это было такое: вышли, чуть-чуть пробежались, и сразу назад.

Саша

Натали уже пятнадцать лет живет с семьей, с женщиной по имени Оксана. Они начали встречаться, когда Натали еще выглядела как мужчина. Когда Оксана узнала, что к чему, сначала плакала, потом — восприняла это как хобби, которое скоро пройдет, а дальше и вовсе почти смирилась с происходящим. Они живут в одной квартире и воспитывают двоих детей, хотя, признается Натали, сексуальных отношений между ними сейчас нет:

— Ну, она говорит, что не воспринимает меня как мужчину, что я не выгляжу так, уже и не пахну как мужик. Вот так и живем — и нам так даже удобно. Две хозяйки в доме, вместе ходим по магазинам, убираем, готовим еду.

Натали (на фото — в центре) вспоминает, как ей было страшно впервые выйти в люди в женском образе. Она сих пор помнит всплеск адреналина, который испытала в первый раз

Старший ребенок, говорит она, называет ее «Мать-2» или в шутку «папа-баба». На родительские собрания она не ходит, чтобы не привлекать внимание других родителей — не все поймут. Натали добавляет, что саму ее наконец устраивает то, что она видит в зеркале по утрам. Тело начало меняться благодаря гормонам: появилась грудь чуть больше первого размера, потихоньку меняются черты лица. Меняется также фигура, кожа становится более нежной.

— Помню свою первую таблетку: сижу после работы в машине, только из аптеки, держу в руках упаковку противозачаточных, как все тогда начинали, — вспоминает Натали с улыбкой. — И смотрю на нее. Выпила, и показалось, что прям сразу подействовало, хотя, конечно, это было просто самовнушение — с первой таблетки ничего поменяться и не могло.

Кроме внешности, начало меняться и восприятие в целом, говорит Натали: например, стала различать оттенки цветов. Раньше красный был просто красным, а теперь появились разные варианты — стало интересно выбирать помаду. Она рассказывает, что знакомые реагируют на происходящее с ней по-разному.

Т*-девичник и его участницы

— Многие друзья перестали общаться, соседи задают вопросы, почему такой внешний вид. Одни говорят, что «лучше бы ты оказалась геем», другие, наоборот, что «быть бабой — нормально, главное, чтобы не геем». В общем, ситуация воспринимается неоднозначно.

Натали показывает на телефоне очередную фотографию. На ней — лысый мужчина с небольшим пивным животиком, водитель грузового автомобиля, лет за 40 на вид, сидит в кабине фуры. На другом Натали вместе с еще одной женщиной сидит на светлом кожаном диване. Рядом с ней — тот же дальнобойщик, но в амплуа кроссдрессера, на нем колготки, юбка, черный парик и броский макияж.

Пока мы общаемся, приходят еще двое гостей: большой высокий мужчина в кожаной жилетке на рубашку, с волнистыми волосами, собранными в хвост, и черноволосая девушка с голубыми глазами, вся в черном. Они присоединяются к столу, девушка рассказывает о себе: говорит, что она постоянно «строит» своего парня, пытаясь взять над ним верх, из-за чего он страдает.

— Может, это просто «не твой» парень? — предполагает кто-то за столом.

— Неееет, не надо так говорить, — протестует девушка и закрывает лицо рукой. 

Еще двое за этим столом сегодня одеты как мужчины. Один — крепко сбитый, темноволосый, с серебряными сережками-кольцами в ушах, в черной футболке и черных штанах, пришел сюда немного позже нас. Принес походный рюкзак, набитый женской одеждой и аксессуарами, но переодеваться в этот вечер не стал.

— Не надо давить на меня, подождите, — говорит он.

Представляется Сан Санычем и рассказывает, что, перевоплощаясь, становится Анной Александровной. Другая, тоже Аня, одета в простые джинсы и полосатую футболку, без макияжа.

— Слушай, а ты бы хотела выйти замуж за богатого мужчину? — вдруг спрашивает у нее Натали.

— Нет, — уверенно отвечает Аня.

— А если бы сделал тебе сиськи и губы?

— Все равно нет. Для меня сиськи и губы — это не главное в жизни.

— Первый раз вижу девушку, которой ничего не надо, — машет рукой Натали. Они хохочут.

Сначала это просто переодевание, но потом — желание полностью превратиться в женщину, говорят участницы транс-девичника

— Я ухожу в отдельную комнату, чтобы спокойно побеседовать с Анастасией — той самой, которая только вернулась из командировки. В комнате — большая двуспальная кровать с двумя бра по бокам. На одном из них висит красное вечернее платье на бретельках. У кровати стоят чемоданы и сумки, рядом — чьи-то босоножки на высокой платформе.

— Сначала это было просто переодевание, но потом — желание полностью превратиться в женщину, — вспоминает Анастасия, — Читала женские журналы, ходила на встречи с такой тусовкой, обзавелась женским гардеробом.

— Гардероб, говорит Настя, приходилось прятать — нужно было учитывать тысячу деталей, потому что тогда она жила с супругой. Переодеваться могла только, когда жены не было дома, тайком, или брала с собой одежду на какие-то мероприятия.

«При дочери стараюсь называть себя папой, не одеваться совсем по-женски. Такой у нас уговор. Хотя, конечно, дочка спрашивает у меня, почему я так одеваюсь», — Анастасия

— Пока однажды жена не нашла весь мой гардероб, — рассказывает Настя. — Я прихожу домой и вижу, что весь мой гардероб — перед ней, она в слезах, ничего не понимает.

— Тогда пришлось соврать, что женские вещи — просто фетиш, разнообразие сексуальной жизни. На первый раз прокатило. Но потом жена нашла на компьютере фотографии в женском образе, прочла переписки с другими людьми и поняла, что все это — больше, чем просто временное хобби.

— В первые несколько лет у нас с женой были хорошие отношения, мы действительно любили друг друга, очень хотели ребенка, еще и не получалось несколько раз, — вспоминает Анастасия, — Теперь у нас есть дочь, которая получает много любви и тепла. Но при ней я стараюсь называть себя папой, не одеваться совсем по-женски. Такой у нас уговор. Хотя, конечно, дочка спрашивает у меня, почему я так одеваюсь. Говорю, ну, так мне нравится, красиво же.

«Сейчас мне хотелось бы, чтобы трансгендерным людям упростили жизнь», говорит Настя (на фото- вторая справа)

Рано или поздно, рассуждает Настя, все же придется объяснить ребенку, что к чему. Но как это сделать, чтобы дочь поняла — пока не ясно. Самый большой страх — что девочку начнут травить ровесники. Окружающие же начали смотреть на Анастасию осуждающе. Внешность, говорит она, у всех разная, но взгляд — одинаковый.

— Как бы там не было, отката назад уже не будет, — добавляет собеседница. — Сейчас мне хотелось бы, чтобы трансгендерным людям упростили жизнь. Потому что для смены документов нужно пройти обследование у врача и получить соответствующий диагноз, например. Я хотела бы, чтоб мы ушли от этой патологизации. Транс-люди — такие же, как и остальные, но вынуждены жить с диагнозом.

«Ну почему на каждый девичник квартира постоянно где-то на последнем этаже и без лифта. Пока на каблуках поднимешься — сдохнешь!». На фото: одна из участниц Т*-девичника обнимает только что приехавшую Шанти

Ближе к полуночи присоединяются другие гости: две травести-дивы, звезды столичных гей-клубов Шанти и Гера. Обе — высокие и нарядные, в красивых вечерних платьях и, конечно же, на каблуках. Гера — блондинка, Шанти — брюнетка. В квартире переобуваются в босоножки.

— Ну почему на каждый девичник квартира постоянно где-то на последнем этаже и без лифта, — громко восклицает Шанти, — пока на каблуках поднимешься — сдохнешь!

Они обнимаются со всеми присутствующими, чмокают друг друга в щеку, при этом, постоянно повторяют, чтобы им «не помяли фасад».

«Ну и что никто не наливает? Сразу видно: ни одного мужика нет», — шутливо возмущается Гера (на фото)

— О, наконец-то праздник пришел, — улыбается фотограф. Дивы — шумные и веселые, они постоянно откровенно шутят  и смеются.

— Ну и что никто не наливает? Сразу видно: ни одного мужика нет, — в шутку возмущается Гера.

У нее, как и у подруги — идеальный макияж, маникюр, тонкие выразительные брови. Платья также идеально подчеркивают фигуру. Они выступают в клубах с шоу-программами, не боятся публичности. 

«Как ты в такси вообще ехала?», — спрашивает кто-то Лату (на фото — в центре)

— Как-то меня целые сутки снимал «Новый канал». Причем, не видео, а фотосессия. Днем — на улице, ночью — в студии, — рассказывает Шанти. Правда, куда потом пошли эти фото, она не знает. 

У кого-то звонит телефон — еще одна гостья просит чтобы ее встретили внизу. Пару человек спускаются за ней. В квартиру заходит высокая дама на тонкой шпильке, с ног до головы облаченная в латекс. В одной руке — кожаный стэк — БДСМ-девайс для шлепанья по попе, в другой — маленький черный клатч с надписью Love. Лицо скрыто под черной латексной маской, из которой торчат две задорные белые косички с бантиками. Ее зовут Лата.

— Как ты в такси вообще ехала? — спрашивает кто-то.

Лата с удовольствием позирует фотографу

— Да нормально, таксист, правда, молчал всю дорогу, — отвечает Лата. 

У нее огромные накладные ресницы и красные губы. Она с удовольствием позирует фотографу: сидя на диване, опрокинув голову на спинку, стоя, вполоборота, на высоком стуле за столиком.

Лата специализируется на БДСМ-практиках, латекс — ее фетиш. 

Гера выступает в клубах с шоу-программами и не боится публичности

— Нравится вам здесь? — спрашивает Лата. — Многие из приглашенных, кстати, не пришли. Резко все поболели, наверное, полные больницы наших.

Мы смеемся. Лата говорит: такие мероприятия — в первую очередь, психоэмоциональная разгрузка для всех участников. Здесь можно побыть собой, встретить единомышленников и раскрепоститься.

За этим девушки собираются ехать в ночной клуб. Снимать посторонним там нельзя, поэтому мы не можем пойти с ними. 

Такие мероприятия — в первую очередь, психоэмоциональная разгрузка для всех участников, говорит Лата

— Ну, понимаете, это ж может быть, что кто-то из парней, скажем так, пришел в этот клуб не со своей женой, — объясняет Гера.

На этой ноте мы решаем, что пора бы домой — на часах перевалило за полночь. Вызываем такси, обмениваемся контактами в соцсетях и чмокаемся со всеми на прощание.

— Если что — мы всегда на связи! — кричит в открытую дверь Гера, — Я готова участвовать в любой авантюре! Интервью, съемки, выступления — могу в костюме колхозницы, а могу — принцессы! Я — артистка для любого формата. 

Гера: «Я — артистка для любого формата»

#девичник #Киев #ЛГБТ #трансгендеры
ПОДЕЛИТЕСЬ В СОЦСЕТЯХ
еще рано уходить, это еще не все
Почтальон в Бруклине разносил только «важные» письма
Verizon продал фотосервис Flickr
Greenpeace показала детям океан будущего
В Китае пешеходов начали обливать водой
load more
еще чуть-чуть