Аукцион
истории
Руки загребущие. Рассказ мужчины, живущего с клептоманией
Текст
Иллюстрации
30 — мая — 20:11

Клептомания – болезненное влечение к совершению краж, часто не обоснованное реальной потребностью в той или иной вещи. С клептоманией живет огромное количество людей по всему миру. Поговаривают, что тяга периодически стащить что-нибудь есть, например, у Бритни Спирс, Линдсей Лохан и у Вайноны Райдер. Про таких говорят – «страдают клептоманией», хотя на самом деле не все клептоманы действительно испытывают страдания или дискомфорт из-за своего «хобби».

Саша Горчинская поговорила с 42-летним киевлянином, который живет с клептоманией всю взрослую жизнь. Он анонимно рассказывает, что чувствует человек, которому периодически очень нужно что-нибудь «прикарманить».

Впервые я столкнулся с этим ощущением в юности, лет в 18. Хотя, на самом деле, моя мать тоже живет с этим. Однажды я просто увидел, как она это делает. Так что да, это семейное.

С тех пор было много всего. Конечно, несколько раз я мог сесть за решетку. Меня ловили, не раз сидел в милицейских отделениях. Давно, в юности у нас с друзьями была музыкальная группа и мы хотели заиметь технику, инструменты, которые было трудно и дорого купить. В школе, где я учился, у директора был микрофон и усилитель, через которые он вещал свои месседжи ученикам. Мы вскрыли окно на защелке, ну такое, с деревянной рамой, в кабинете этого самого директора и сперли и микрофон, и усилитель.

«Возникает огромное желание, а потом – такое же огромное психологическое удовлетворение»

А еще потом коллективно украли пять мешков сахара из подвала обычного гастронома. Сперва залезли через окно первого этажа в гастроном времен перестройки, посмотрели, что кроме консервов, чая и остатков хлеба брать было нечего, ну и… В то время был дефицит сахара, так что цель была – продать украденное.

Однажды я просто увидел, как моя мать делает это. Так что да, это семейное

Еще одна история: в конце нашей улицы, а я живу в частном секторе, в 80-х только-только началось строительство бетонного многоэтажного дома. И мы залезли в шахту лифта, предварительно подперев двери комнатки сторожа и обрезав телефонный кабель. Украли оттуда паркет. Подняли с нулевого этажа на третий. Для этого с третьего этажа по веревке в шахту лифта опустили самого младшего и худого пацана туда, на цокольный этаж, и он этой же веревкой привязывал тюки с паркетом, а мы их поднимали на третий. А потом опускали по фасаду уже на первый. На первых двух этажах были решетки и через них тюки не пролазили. Нас даже не смутило, что через дорогу от этого самого дома было районное отделение милиции и круглосуточно работающий вытрезвитель.

Самое дорогое, что я когда-либо выносил – это виски, 12-летний Chivas.

Что я чувствую? Это – ощущение азарта. Как азартная игра, в которую хочется играть снова и снова. Возникает огромное желание, а потом – такое же огромное психологическое удовлетворение. Вот, например, ты хочешь себе какие-то дорогие духи. Просто берешь их, выходишь из торгового зала. Идешь, а они лежат у тебя в кармане. Их никто не видит, ты еще не успел даже надушиться ими, но уже наступило удовлетворение. Потому что знаешь, что заполучил желаемое.

Что я чувствую? Это – ощущение азарта. Как азартная игра, в которую хочется играть снова и снова

Бывает, видишь что-нибудь, и ты точно понимаешь, что тебе это нужно. Тебе хочется это прямо сейчас, и ты любой ценой готов его заполучить. Но что-то покупаешь, а что-то – крадешь.

«Однажды я просто увидел, как моя мать делает это»

Иногда могу обчистить какого-то человека, но только если он мне не нравится. А потому что нечего таким быть. Среди своих не работаю, хотя близкое окружение знает о моем хобби. Недавно ездили за границу, в теплую страну на северо-западе Европы, там немного прошвырнулся по рыночной площади, где много туристов. От этого работать было куда азартнее.

Бывает, совершаю какие-то неконтролируемые кражи. Например, украл чашку в магазине сувениров или еще что-то мелкое – но это скорее просто мастер-класс, ничего личного. Ну, пиво в бутылках несколько раз выносил из супермаркета. Главное, делать вид, будто ни в чем не бывало: иду прямо мимо охранника, машу ему рукой – привет, хорошего дня! А прямо в руке – бутылка пива. Или вот у меня стоит на кухне набор – солонка и перечница, запечатанные и ни разу не открытые. Взял их в одном магазине с товарами для дома этой зимой, еще перед Новым годом, но они не нужны мне. До сих пор не знаю, кому бы подарить.

От клептомании нельзя избавиться. Она просто есть и все. Это как потребность, как хобби, как увлечение

Прежде чем что-то вынести, смотрю на обстановку. За эти годы научился понимать, где безопасно работать, а где могут заметить охранники, смотрю на наклейки – где есть с штрих-код, где нет, что будет пищать, а что – нет. Таких же, как я, вижу издалека. У меня – свой магазин, своя торговая точка, потому если иногда заходят подозрительные ребятки, сразу просекаю, что к чему.

Кстати, сейчас весна, период дождей, а ночные дожди – самая воровская погода. Под стук дождя обычно самый крепкий сон, значит, если в период между тремя-пятью часами ночи залезть, многие не просыпаются. Так квартиры и чистят. Но я таким, конечно, не занимался, это мне не нужно, это не клептомания, а уже откровенное воровство.

«Иногда сам себе говорю, что хватит, все, достаточно, ну и не все же подряд красть»

От клептомании нельзя избавиться. Она просто есть и все. Это как потребность, как хобби, как увлечение. Ты ничего не можешь с этим сделать. Иногда сам себе говорю, что хватит, все, достаточно, ну и не все же подряд нужно красть! Иногда часть из украденного раздавал как милостыню, такой-себе Робин Гуд.

У меня двое сыновей, но им, слава богу, это не передалось. Хотя, погодите, я пойду проверю кошелек… А нет, все в порядке.

 

 

#клептомания #рассказ клептомана
ПОДЕЛИТЕСЬ В СОЦСЕТЯХ
еще рано уходить, это еще не все
Mobility Unlimited Challenge: инновационнный проект на $4 млн ради свободы движения
На обложке декабрьского Playboy — модель plus-size
Как похоронить Bentley и спасти этим миллионы жизней
В столице Турции запретили любые мероприятия, связанные с ЛГБТ
load more
еще чуть-чуть